Почему тело «выключается»: каскад защиты и почему это не слабость

Одна из самых частых вещей, которые я слышу от людей, переживших нападение или насилие: «я даже не сопротивлялась», «я просто стояла», «почему я ничего не сделала». За этим обычно идёт стыд, а за стыдом вина. На конгрессе EABCT в Брюсселе на воркшопе по диссоциации показывали модель, которая на этот вопрос отвечает физиологией, и я хочу её пересказать, потому что она снимает вину лучше любых слов утешения.

Четыре ступени каскада

Модель называется каскадом защиты, её описала канадская исследовательница Рут Ланиус с коллегами. Она о том, что делает организм, столкнувшись с опасностью, если смотреть на это как на последовательность, а не как на выбор.

Первое: замирание. Активация чуть снижается, тело затихает. Ведущий сравнил это с пауком в саду, который замирает, когда вы подходите. Это не бездействие, это подготовка: организм оценивает угрозу.

Второе: бей или беги. Сердце колотится, дыхание учащается, мышцы напрягаются, внимание сужается. Это активная защита, симпатическая нервная система работает на пределе. Активация растёт, растёт, растёт.

Третье: тоническая неподвижность. На пике активации мышцы перестают отвечать. Человек хочет двигаться и не может: «нет сил», «тело не моё».

Четвёртое: отключение. Активация не может расти бесконечно, тело этого не выдержит. Включается механизм, который резко её сбрасывает. Пульс и дыхание замедляются. И приходит то, что мы называем деперсонализацией и дереализацией: человек смотрит на происходящее как будто со стороны, боль притупляется, звуки отдаляются. Это пассивная защита, парасимпатическая. На этом этапе работают уже другие нейромедиаторы, опиоидные, и это не случайно: организм обезболивает себя.

Почему именно при насилии

Переход в четвёртую фазу, по этой модели, особенно вероятен при трёх условиях: когда убежать невозможно, когда происходит вторжение в тело (ранение, изнасилование) и когда есть контакт с жидкостями, которые могут заразить. То есть именно при сексуальном насилии все три условия сходятся. Ведущий сказал об этом прямо: это объясняет, почему изнасилование одно из событий, которые чаще всего запускают диссоциацию. Организм не сломался. Он сделал ровно то, что должен был сделать в ситуации, из которой нет выхода: снизил боль и сохранил жизнь.

Это адаптивная реакция, а не слабость. Большая часть данных здесь получена на животных, у которых нет ни характера, ни воли, ни «надо было сопротивляться». Есть только нервная система и её ответ на невозможность спастись.

Почему потом «выпадаешь на ровном месте»

Есть ещё одно следствие, важное уже для терапии. Во время самого события организм проходит весь каскад. Но после, по мере того как реакция закрепляется, он начинает срезать путь: уже не нужен пик активации, чтобы попасть в отключение. Достаточно намёка. Ссора, усталость, вечер перед сном, дорога за рулём. Поэтому люди говорят «я выпадаю на ровном месте». Место не ровное, просто путь стал короче.

Я теперь рисую эту кривую клиентам на первой же встрече, когда речь заходит о «почему я ничего не сделала». Ответ: потому что тело выбрало единственную доступную защиту. И это его можно поблагодарить, а не стыдиться.